in_es (in_es) wrote,
in_es
in_es

Category:

14-й международный конкурс им. Рубинштейна. Праздник фортепианной музыки

По мере того, как конкурс проходит (и уже, к сожалению, на следующей неделе закончится), выясняется, что это действительно небывалое событие в жизни Тель Авива. И очень, очень отличается от трех предыдущих конкурсов, которые я имела удовольствие послушать. Изменений много, и все они в положительную сторону.
Нынешний конкурс празднует круглую годовщину: 40-летие со дня первого конкурса, судьей которого был сам Артур Рубинштейн.
Во-первых, повысился призовой фонд. Вместо 25 000 долларов золотой медалист получит 40 000. В мире сразу стали смотреть на наш конкурс серьезнее. И, видимо, приехал несколько другой контингент конкурсантов.
Во-вторых, качество роялей. 3 года назад участники и публика страдала от недостаточно хорошего качества инструментов. Сейчас рояли превосходные. Великолепный Стейнвэй и не менее великолевный Фазиоли.
В-третьих, и это главное, после первого тура отсеяли не лучших, как это бывало, а тех (в основном), кто и вправду играл менее удачно, не смог показать глубины. И после второго тура за бортом остались, за небольшим исключением, те, кто послабей. Но так как уровень участников очень высокий, то несмотря на отсев нескольких достойных пианистов, оставшихся тоже приятно послушать.
Во второй тур прошли 16 конкурсантов из 36. Прошел наш фаворит Леонардо Колафеличе, Илья Кондратьев, талантливая и интересная Наталья Соколовская, перспективный Сёнг Чжин Чо (Южная Корея) и тонкая, обладающая богатой палитрой Мисора Озаки (Япония), а также пианисты, которых в первом туре я вживую не слышала.
Леонардо на втором туре играл очень хорошо, особенно Вариации Рахманинова на тему Корелли, которые прозвучали и по-русски, и по-итальянски одновременно. Тема Корелли как-то очень по-итальянски прозвучала. Илья Кондратьев - прекрасно, тонко передал перипетии сонаты Грига, и Прокофьевские пьесы из "Ромео и Джульетты" подошли ему как нельзя лучше: ведь музыка в его исполнении "разговаривает" и "двигается", "танцует" и "смеется". В финал Илью не пропустили, к сожалению.
Самым крупным прооизведением в репертуаре Соколовской была Первая соната Рахманинова, и она с ней справилась, но в финал не вышла. Так же справился с сонатой Листа Сёнг Чжин Чо, хотя можно было бы пожелать ему большей теплоты и глубины в лирических местах. Мисора Озаки во втором туре играла бледнее, чем в первом и дальше не прошла.
Сенсацией на втором туре оказался южнокорейский пианист Джи-Ён Ким (KIM Ji-Yong, в youtube Ji Yong). Для начала скажем, что он полностью владеет собой, роялем и залом. Во-вторых, бетховенская соната звучала у него каждой нотой, нежно и страстно, с огромной внутренней силой и философской сдержанностью. Но подлинное открытие произошло в зале при исполнении 7 сонаты Прокофьева. В ней нам явились такие философские глубины, такой трагизм, такая внутренняя наполненность, каких не приходилось слышать никогда.
На третий тур его не пропустили. Но можно послушать его выступление тут:



Кто не хочет влезать в философские дебри Бетховена и Прокофьева, предлагаю послушать финал трио Мендельсона до минор в исполнении ансамбля Ditto с участием Джи Ёна:



Или "Посвящение" из цикла "Мирты" Шумана-Листа:


В финал вышли 6 пианистов: украинец Антоний Барышевский, американец Стивен Лин, наш любимый итальянец Леонардо Колафеличе, южнокореец Сёнг Чжин Чо, Андрей Осокинс из Латвии и россиянка Мария Мазо.
Вчера и сегодня был первый этап третьего тура: камерный ансамбль.
А. Барышевский выбрал струнный квартет Шумана. Вместе с пианистом на сцену вышли израильские музыканты: скрипач Сергей Островский, альтист Гилад Карни, виолончелист Цви Плессер. Скрипач был явно не в духе, играл абы как, звук его, обозначенной в программке, скрипки работы Джованни Гранчино (1716) оказался тусклым, сухим и скрипучим. В целом квартет получился не слишком ярким. Напрасно солист бросал на первую скрипку умоляющие взгляды.
Стивен Лин с тем же составом играл квартет Брамса соль минор. Об этом произведении как-то было сказано: «Слушая какой-нибудь квартет Брамса, начинаешь думать, что этот композитор был садистом, желавшим помучить публику». Честно признаться, я благополучно заснула под него, и только иногда просыпалась в страхе, не храплю ли. К финалу я, однако, проснулась, и темпераментный, зажигательный финальный танец прослушала с удовольствием. Кстати сказать, скрипач со Стивеном играл гораздо активнее и аккуратнее.
Умнее всех поступил Леонардо Колафеличе: он выбрал квинтет для духовых Бетховена. И сыграли они его слаженно, собранно, на подъеме.
На другой день я с ужасом представляла себе, как я выдержу еще два раза по квартету Брамса (его выбрали и Сёнг Чжин Чо, и Андрей Осокинс). К моему удивлению, в исполнении корейца брамсовский квартет предстал как жемчужина камерной музыки. От первой до последней ноты мы дышали вместе с музыкантами, внимание было 100%-ным, пианист зажигал струнников, и они от него не отставали.
Неплохо сыграл его и Андрей. Немного медленнее, прочувствованнее, более спокойно. С корейцем было единое движение, а с латышом - больше диалогов.
Изумительная музыка квартета Моцарта соль минор прозвучала в исполнении Марии Мазо. Чуткий ансамбль, все на месте, она очень тонкий и сильный музыкант.



Завтра и послезавтра - концерты Моцарта и Бетховена, в среду-четверг - романтические или Прокофьев.
Tags: конкурс Рубинштейна
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments