April 19th, 2013

Природа

На конференции ТКО. Снова об А.С. Стратиевском

Я училась в музыкальном училище им. Римского-Корсакова. Месяц назад там проходила юбилейная конференция нашего, теоретико-композиторского, отдела, ему исполнилось 75 лет. Из них 10 лет там преподавал А.С. Стратиевский.

5 памятных стендов о нем, с фотографиями и воспоминаниями учеников, друзей и коллег до сих пор стоят в коридорах. Преподаватели и профессора консерватории, выпускники нашего училища, выступая на конференции, не могли не упомянуть его имени. Но, кроме светлого его имени и его педагогического радостного труда в стенах училища, было еще событие, о котором упомянули очень немногие. Потому что это событие до сих пор необъяснено, оно вызывает оторопь до сих пор. В следующем своем посте я расскажу о том, как я запомнила это жуткое событие. А пока предоставляю слово нескольким его ученикам, чьи воспоминания висят на стендах.
Collapse )
Природа

Жуткий февраль 1979-го

Продолжение. Начало в предыдущем посте: http://in-es.livejournal.com/64806.html
Повторю окончание рассказа моего однокурсника Андрея Фролова и продолжу так, как помню сама.
Мы были на третьем курсе. В училище ввели пропускную систему — как для студентов, так и для педагогов. Многие не таскали пропуска с собой, а оставляли их на вахте. Адам Соломонович тоже.
Приходит он на работу, вахтёрша требует пропуск. Он говорит, что пропуск у неё в столе, но она «знать ничего не знает» (ходят слухи, что она прошлась и по национальному вопросу, но я лично всего этого не слышал и не видел, у нас в этот день не было первой пары).
В общем, Адам Соломонович сам полез за ключом, она симулировала сердечный приступ, она же, как говорят, вызвала «скорую» и милицию, нашлись «свидетели» того, что Адам Соломонович «ударил женщину» — вот такой вот фарс. Воспринимается как фрагмент бездарного сериала. Однако это было. Как и наши потуги на «студенческие волнения», и экстренное общее собрание, где на полном серьёзе изложили этот фарс, и увольнение Адама Соломоновича «без права преподавания», и последующее его тапёрство во Дворце бракосочетаний, концертмейстерство в самодеятельном вокальном кружке, недолгое преподавание (нелегальное) в джазовом училище и — наконец — отъезд в Израиль.
Collapse )