August 23rd, 2013

Природа

«Нет, я не эксцентрик!»

«Цель искусства – создание, шаг за шагом, в течение всей жизни художника, атмосферы восторженности и безмятежности». Глен Гульд
"Тому, кто отважится не без юмора излагать сокровенные мысли, верят с трудом". Бруно Монсежон.






Так называется книга интервью с великим канадским пианистом Гленом Гульдом (1932-1982), любовно собранная исследователем его творчества кинорежиссером Бруно Монсежоном.
В каждой книге о знаменитом человеке есть две линии. И досужую публику, и серьезных поклонников интересуют привычки любимого артиста, его частная жизнь. Потому что когда любишь человека, хочешь знать о нем как можно больше. Проблемы вторжения в детали личной жизни, проблема деликатности остается на совести каждого журналиста, биографа.
Серьезных поклонников и профессионалов больше интересует отношение артиста к разным аспектам профессии, взгляд на разные стороны искусства.
Так и в этой книге. Есть вопросы личные и есть общие. Из ответов на них становится ясным: да, Глен Гульд эксцентрик, то есть, безусловно, человек, отличающийся резким своеобразием характера или манер, отличных от принятых в обществе норм поведения.
Причем и в жизни, и в профессии. И это прекрасно.
Потому что обычный человек не мог бы ТАК играть Баха. После Гульда – да, но ведь это он открыл нам такого Баха, такого чистого, без примесей, без кривляния, без наносных страстей.
Потому что такая громадная способность к творчеству, способность идти совершенно новым путем предполагает необычность личности – внешнюю и внутреннюю.
Потому что способность проникать в суть музыки, ее глубокие пространства и доносить до слушателя ее незамутненную красоту предполагает особенную остроту мировосприятия. Да, порой граничащую с чудачеством. «Люди на все готовы, чтобы влиться в общий поток, но, по-моему, это неразумно: ведь поток-то грязный!» (Из интервью Джону Джессону «Там, где радио становится музыкой»). Глен Гульд выбивается из общего потока. Это его право. Я полагаю, как раз за это мы ему и благодарны.

Collapse )