April 24th, 2017

Я у Средиземного моря

Посмотрела фильм

"Дама Пик" Павла Лунгина (2016).
Триллер о театральной жизни. Китч, как и было сказано. "В "Даме пик" музыка стала самой собой. То есть игрой. Даже игрой в квадрате, поскольку Пушкин и Чайковский играючи воспели игру, теперь в нее играют герои фильма, а Лунгин, в свою очередь, играет с игроками" (Михаил Трофименков, http://kommersant.ru/doc/3143972). И далее оттуда же:
"В этом-то и заключается мораль фильма: игра идет, игра. А ее тактико-технические характеристики не имеют ровным счетом никакого значения. Не бывает игры высокой и низкой. Неважно, играют ли оперные певцы в страсти александровской эпохи или китайские нелегалы — в русскую рулетку. Неважно, где идет эта игра: на сцене некогда императорского театра, в подпольном казино или вонючем притоне. Да хотя бы и на оперативном просторе театра военных действий. Чужая кровь — это всегда клюквенный сок. А если кровь окажется не чужой, а твоей, то тебе до этого уже не будет никакого дела. Важно, что всегда кто-то — без всяких на то оснований — задает правила игры. И ужас жизни как раз в том и заключается, что все прочие человеки не переворачивают ломберный столик, а согласно принимают эти правила, никаких шансов на выигрыш им не оставляющие".

Единственная поправка: не может петь вокалист, переживший такое, на что толкает его Софья Майер. Её спектакль обречен на провал.
Может быть, это тоже так задумано.
https://my-hit.org/film/343099/
Я у Средиземного моря

Ирина Забежинская. "Помнить о гетто"

Продолжение. Предыдущий пост: http://in-es.livejournal.com/284740.html

Письмо 6
21.01.1945

Дорогой Марик!
Вчера я получил твое письмо, которого дожидался с нетерпением. После всего пережитого невыразимо приятно ощущать связь с близкими родными людьми, с которыми можно поделиться самыми сокровенными думами. Продолжаю свое повествование.
Как я тебе уже писал, мы очутились в гетто №2, помещавшемся между Немецкой, Большой и Доминиканской улицами. Гетто №1 занимало четырёхугольник между Конской, Завальной, Трокской и Немецкой. Сама Немецкая улица была вне гетто. Вышеназванные кварталы были совершенно изолированы от города и друг от друга.
Для этой цели были воздвигнуты деревянные стены с колючей проволокой наверху. Окна, выходившие на улицу, были наглухо забиты досками. Каждое гетто имело только одни ворота. День и ночь у ворот и стен дежурили вооруженные литовские собаки. На первых порах в гетто №1 было согнано до 28 000 человек. В гетто №2 – около 14 000 человек. Остальные 17000 виленских евреев были к тому времени, т. е. к 6 сентября 1941 г., уже истреблены.
Скученность была ужасающая.Collapse )