Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

ирис

Роберт Робинсон. "Черный о красных"

Книга (автобиография) чернокожего американца "Чёрный о красных: 44 года в Советском Союзе", попавшего в 1930 году как технический специалист в СССР и, в отличие от остальных сгинувших в 30-е годы иностранцев, выжившего и сбежавшего в 1974 году обратно в свободный мир, написана в 1987-1988 годах (русский перевод 2012).
Я прочитала ее в один присест по подсказке snow_alis, которую нашла в Дайджесте Наталии.
Книга написана упрощенным языком: предложения как бы нарочито краткие, но ясные, эмоционально и информативно насыщенные. Сюжет, сами понимаете, сплошь детективный: выжить иностранцу в эпоху сталинских чисток - для этого нужно было что-то особенное.
Сразу скажу, что ему помогли несколько факторов: жестокая школа выживания негра в Америке, когда всеми порами чувствуешь опасность, непоколебимая вера в Бога и... само Провидение, наверное. Ноосфера, так сказать. Или судьба... И отзывчивые русские люди.

Книга, во всяком случае, для меня, - делится на три части. Первая часть - рассказ о детстве, юности, начале карьеры фрезеровщика на заводе Форда в Америке и переезд в СССР. Первые главы об СССР занятны для нас: как в фильме Смирнова "Француз" советская действительность подается глазами иностранца, так и тут свежий взгляд афроамериканца, только это не близкий нам конец 50-х, а начало 30-х.
Эта часть невероятно эмоциональна и захватывающа, в ней много неожиданных деталей.
Вторая часть - выживание в условиях тотального контроля, голода, холода, чрезмерной работы, войны. Для нас все это известные вещи. Тем не менее здесь есть несколько пронзительных эпизодов, один из которых - слезы врача, увидевшего перед собой живой скелет после долгих лет хронического недоедания...
Третья часть, начиная с 1945 года - постоянные попытки уехать за границу. Вначале к умирающей матери, затем просто домой. Она также читается с сильно бьющимся сердцем, вплоть до момента, когда его, уже прошедшего все контрольно-пропускные пункты, вытаскивают из аэропортовского автобуса...

Collapse )
ирис

"Надеяться и действовать – наша обязанность в несчастии"?

"Нельзя верить надписям, которые хорошо ложатся на гранит"
"Единственная твердая истина - что надо избавляться от нездоровой страсти к истине"
"...жители одного города, стоявшего, по ироническому совпадению, на семи холмах..."
"Они претерпевали самые ужасные бедствия, но несмотря ни на что, продолжали жить, и все потому, что любое бедствие казалось им чем-то совершенно от них не зависящим, а следовательно, неотвратимым."
"Предел сопротивления глуповца несчастью - это энтузиазм страуса, который прячет голову в песок, чтобы спрятаться и переждать, пока неприятность возьмет свое".

Ах, сколько остроумия в этом школьном сочинении по литературе!
ирис

Праздник души. "Язык до Гоголя доведет"

Любите ли вы Гоголя так, как люблю его я? Хотите получить наслаждение познания и радость узнавания? Слушайте лекции по литературе Армена Захаряна. А вот это последнее, если его слушать с 19-й минуты, приведет вас в восторг актуальными параллелями.



Вчера нашла у spaniel90100 под названием "Новости культуры"
Главное преимущество обучения по удаленке...
ирис

Непроза Мастера прозы

- Сережа? Я думала, что ты тоже не вернешься. Что это было, Сережа?
- Дина, это была чума. Всего лишь чума!
- Просто чума? А я-то думала...
Л.Улицкая. "Чума". 1978-2020


Помню, в каком восторге лет двадцать тому назад я была от книг Людмилы Улицкой - "Казус Кукоцкого", рассказов... Лучшей ее книгой я считаю "Медею и ее детей", хорош также "Зеленый шатер". Романы "Искренне ваш, Шурик" и "Лестница Якова" кажутся мне менее удачными, но прочитать их, безусловно стоит. "Веселые похороны" покоробили меня, но это тоже то, о чем можно говорить, думать, то, что производит впечатление.
Особняком в творчестве писательницы стоит роман-философский трактат "Даниэль Штайн, переводчик", поднимающий проблемы огромной важности и освещающий их в новом свете; с ним можно спорить, но главное - тут есть о чем спорить. Когда я его читала, я не могла не согласиться с автором буквально во всем...
Большой удачей Улицкой стала книга "Детство 45-53", в которой собраны рассказы очевидцев того времени. Они потрясают.
Новая книга - сборник неопубликованных ранее сценариев пьес и фильмов, перемежающийся воспоминаниями и рассуждениями автора, плюс несколько очень сильных рассказов об инвалидах войны.


Collapse )
ирис

"Просто Маса"

Все уже в прошлом году прочитали, а я себе на Новый год оставила. Какая же прелесть этот его роман. Не то, что некоторые прежние. Развлекательно, познавательно, захватывающе, с легкой ненавязчивой философией, как и требуется. Жаль, что три дня - и все, уже позади.

Я у Средиземного моря

Питер за последние сто лет

Надо выпить за вольную Ингерманландию. Кажется, для нас это единственный реальный выход из этого московитского кошмара.
Kassia, Эксперт Лайвлиба


Прочла книгу питерского краеведа, журналиста, историка Льва Лурье "Без Москвы" (издана в серии "Окно в историю" в 2014 году). Общественно-культурная панорама города дается несколько сбивчиво, но все искупает изложение мало известных широкому читателю фактов. Возможно, выборочность тем вызвана нежеланием повторяться: у автора уже есть книга "Довлатов" (в соавторстве с А.Коваловой), "Дом Мурузи. Биография одного дома" (в соавторстве с А.Кобак), "Петербург. Путеводитель" (в соавторстве с О.Набоковой, Ю.Тарнавской)... Странновато было читать книгу о Петрограде-Ленинграде без упоминания имен Вагановой, братьев Орбели, Николая Вавилова, Николая Черкасова, Юрия Германа, Ольги Берггольц, Белоусовой-Протопопова, Товстоногова, Темирканова и многих других. Но - признаем! - нельзя обнять необъятное!

Начинается книга с попытки охарактеризовать особенности жителей города.
При самом поверхностном взгляде на Петербург обнаруживаем настороженную угрюмость жителей. Громкий разговор встречает всеобщее молчаливое осуждение.
На «ты» обращаются разве что к одноклассникам, да и то с каким-то внутренним неудобством.
Норма – телесный изъян или болезнь (но обсуждать немощи, а тем более жаловаться на них – неприлично), честная бедность, совершенное знание чего-либо житейски бесполезного. В нашем климате отсутствие гайморита, ну или уж простого вазомоторного ринита просто подозрительно.
Может быть от того, что петербуржец живет в городе, где здания похожи на декорации пьесы столетней давности, он чувствует себя скорее персонажем литературного произведения, нежели человеком, живущим здесь и сейчас. Довлатов о Бродском: «Он не боролся с режимом. Он его не замечал. И даже нетвердо знал о его существовании. Его неосведомленность в области советской жизни казалась притворной. Например, он был уверен, что Дзержинский – жив. И что “Коминтерн” – название музыкального ансамбля. Он не узнавал членов Политбюро ЦК. Когда на фасаде его дома укрепили шестиметровый портрет Мжаванадзе, Бродский сказал: “Кто это? Похож на Уильяма Блэйка…”».


После рассказа о том, что Петербург – самый северный из крупных городов и самый крупный из северных, самый молодой из крупных, самый большой нестоличный в Европе... и по количеству мостов мы впереди планеты всей, Л.Л. сообщает:
За последние 100 лет дважды – в блокаду и в Гражданскую войну – над Петербургом как бы взрывалась нейтронная бомба: население вымирало, здания оставались практически нетронутыми. К 1917 году в Петрограде жило 2,5 миллиона человек, после страшного голода 1918–1920 годов в опустевшем городе осталось 600 тысяч. Collapse )

Книга онлайн: http://flibusta.site/b/375938/read

Я у Средиземного моря

Не смогла промолчать

philologist опубликовал ролик Антона Лядова о городе, проваливающемся сквозь землю. Цитирую: Здесь живут 145 тысяч человек. И дома многих из них находятся над шахтами, где раньше добывали калийную соль. Из-за специфики местных рудников, в городе периодически образуются провалы, огромнейшие провалы в земле, которые затягивают за собой дороги, транспорт и даже целые огромные здания.
Ролик мощный. Но еще большее впечатление на меня произвели комментарии. Одна из комментаторов - моя френдесса Надя notabler.
Родина моя, Березники эти. Была бы верующей, подумала бы о каре сверху, столько тут было замучено зеков при строительстве города, столько отравлено газами десятка химзаводов, что как будто природа права, что ликвидирует язву. Все до единого мои друзья и знакомые умерли в возрасте не старше 50, и я бы тоже наверняка, если бы родители не уехали, когда мне было 11.

Отец мне рассказывал, что там было однажды решено делать завод по производству тяжелой воды для атомной бомбы, и там работали только исключительно зеки. И те зеки не выживали на той работе дольше двух недель, поэтому там было тайное кладбище, быстро заполнявшееся безымянными могилами. Город шептался и ужасался, а потом строительство то свернули. Теперь, может, никто и не помнит этого. Но трубы высотой не более метров 50 почти в городской черте, с разноцветными дымами, делающие полнеба разноцветным в ясный солнечный день, я помню хорошо. Героическая сталинская индустриализация, блин! Гори они в аду




Collapse )